воскресенье, 17 июля 2011 г.

Пытки животных ...


Как странно все устроено. Мы пишем про всякое важное: про надежды на кредит МВФ, про очередной рост цен, про Ливию и самое молодое государство в мире Южный Судан.



А в Новополоцкой колонии в это время долго, спокойно, методично, медленно фактически убивают парня.
За два с небольшим месяца в колонии – пятый раз штрафной изолятор. В общей сложности уже больше месяца карцера. Не убийца, не рецидивист, не насильник, не душитель маленьких детей и бабушек. Никита Лиховид всего лишь вышел 19 декабря протестовать против такой системы, в которой люди -- лагерная пыль. В которой каждый завтра может оказаться в тюрьме и над каждым сможет издеваться какой-нибудь «новый белорус» – хозяин зоны.
ШИЗО – это когда только раз в неделю выводят на прогулку. Вы представляете, что такое сидеть в каменной клетке в тридцатиградусную жару?!
ШИЗО – это когда ничего нельзя, даже читать книги или газеты.
ШИЗО – это постоянный голод.
ШИЗО – это пытка. И об этом давно говорят правозащитники.
Больше месяца пыток...
Уже в конце мая во время встречи с сыном мать увидела, что от него осталась половина. Тонкие, почти детские, ледяные руки. Она все время растирала эти руки, чтобы хоть немного согреть. А он успокаивал: «Мама, не волнуйся, я дышу в форточку».
Я уверена: Никита даже не может рассказать никому, что на самом деле пережил за эти два месяца, потому что у хороших сыновей есть табу на жалобы; оно сформулировано просто: «Мама, не волнуйся... »
Ужас в том, что этими карцерами они либо убьют парня, либо покалечат. В колонии он представляется незаконно осужденным и не подписывает никакие бумаги. Он встает на подъем, выходит на зарядку, но упражнений не делает, просто стоит. Когда у него спрашивают – почему? – он отвечает, что осужден незаконно, и что пока с него не снимут обвинение, никаких распоряжений выполнять не будет. Этот бунт видит весь отряд, и, наверное, там много таких, незаконно осужденных. Чтобы пример не был заразителен, чтобы таким же образом другие ЗК не стали добиваться пересмотра приговора, Никиту раз за разом отправляют в ШИЗО. Десять суток карцера, пятнадцать, пять, двадцать...
Если бы он объявил голодовку, если бы он резал себе вены – это было бы грандиозное ЧП, администрация колонии строчила бы объяснительные во все инстанции и вряд ли оправдалась бы. Но Никита выбрал другую форму бунта, по сути – другую форму самоубийства. И все происходящее оказалось как бы в рамках закона.
Самое страшное, что мы все понимаем: ни один суд в нашей стране не пересмотрит приговор Никите Лиховиду и другим политзаключенным. Потому что главой государства было сказано: «Приговоры справедливые, политзаключенных в Беларуси нет».
Даже если Никиту сгноят в карцере, ни судья Наталья Пыкина, ни прокурор Антон Загоровский не признают, что на их совести человеческая жизнь. И начальник новополоцкой колонии Александр Сивохо не признает. И начальник этого начальника... Хотя в глубине души каждый из них понимает, что этот парень не преступник, он герой.
Официозные идеологи теперь всегда будут проигрывать в борьбе за умы и сердца белорусов, потому что они борются вот с такими пацанами – худеньким, глазастым, но несгибаемыми в своем желании жить в свободной и справедливой стране. А их герои сначала за большие деньги тренируются разбивать на своей голове кирпичи, а потом выходят на улицы и по трое-четверо кидаются на мирных людей, получая от этого какое-то дикое удовольствие.
Но именно поэтому, если бы у меня была возможность встретиться с Никитой Лиховидом, то я бы его просила поберечь себя, делать эту злополучную зарядку. Ведь чтобы нелюди не правили бал, нормальным людям надо жить, и желательно – жить долго.

Светлана Калинкина, skalinkina.livejournal.com

8 комментариев:

  1. То, что происходит в политике это дерьмо. Это было как здесь. Я всегда говорю. Кто неправильном месте, он, несомненно, осознает, что и в основном боятся. Так копаться в высокомерного пренебрежения позиции силы. Ничто не вечно.

    ОтветитьУдалить
  2. Но поддержать парня как-то надо... Это ведь настоящее горе.

    ОтветитьУдалить
  3. Парня ломают,всё очень просто.Личико ангельское,а глазки ого го!Не считаю его поведение самоубийством.Это самое настоящее убийство,но убийство его личности,его честолюбия.Дай Бог ему продержаться.Этот Никита,похоже, выбрал свой крест.Очень авторитетный парнишка будет,по глазам видно Для него жизнь не ценна в том качестве в котором ему предлагает система,не имеет значения на свободе он или не на свободе.Есть такое выражение,если кто помнит"береги честь с молоду!"Подзабыто оно.....

    ОтветитьУдалить
  4. Я всё понимаю, и если честно, чувствую себя гадко, потому что полностью ощущаю своё бессилие – я не могу на прямую помочь парню, как то облегчить ему страдания. Косвенно я делаю всё что от меня зависит, чтобы победить животных захвативших мою страну. Ему нужно держаться, держаться изо всех сил, и главное верить. Я преклоняюсь перед этим мальчиком, вернее уже мужчиной.
    Спасибо за отклик.

    ОтветитьУдалить
  5. «Хотя я прошел через все то, что прошел, я не сожалею, что попадал в те или иные затруднительные ситуации, ибо именно они привели меня туда, куда я желал попасть. Ныне у меня нет ничего, кроме этого вот меча, и я вручу его всякому, кто намеревается свершить свое паломничество. Я несу с собой рубцы и шрамы — следы ран, полученных в битвах. Это — и свидетельство того, что я жил, и награды за то, что покорил и завоевал.
    Эти дорогие моему сердцу рубцы и шрамы откроют мне врата Рая. Было время, когда я выслушивал истории о чьей-то храбрости. Было время, когда я просто жил — всего лишь потому, что должен был жить.
    А сейчас живу потому, что я — воин, и потому, что хочу когда-нибудь предстать перед Тем, за кого столько сражался».
    ________________________________________
    Беньян, Джон (1628—1688), английский писатель-пуританин, автор романа «Путь паломника».

    ОтветитьУдалить
  6. Спасибо Елена. Спасибо за понимание.

    ОтветитьУдалить
  7. Боже, какая трагедия! Когда придет конец всему этому тюремному кошмару?

    ОтветитьУдалить

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...